Дистанционное обучение Оператор гранулирования шихты в Тюмени

Гранулирование (окомкование) превращает бесполезную мелкодисперсную пыль и шламы, которые просто выдуло бы потоком газа, в прочные шарики (окатыши или гранулы) идеального размера. Оператор управляет сложным физико-химическим процессом, где каждая частичка руды или концентрата должна найти свое место. Он не просто вращает барабан или чашу, он создает центры кристаллизации, управляет их ростом как снежный ком, и формирует готовый продукт, способный выдержать транспортировку и давление в печи. Ошибка в режиме увлажнения или дозировке связующего превращает дорогостоящее сырье в груду слипшихся комков или в пыль, которую невозможно использовать.

Тарельчатый (чашевый) гранулятор похож на огромную вращающуюся тарелку, установленную под углом. Влажная шихта подается в центр, но под действием центробежной силы и вибрации мелкие частицы начинают скатываться вниз, налипая друг на друга. Получаются шарики разного размера. Самое интересное, что тарелка сама сортирует гранулы: мелкие остаются в центре и продолжают расти, а готовые, более крупные и тяжелые, скатываются через борт в приемный лоток. Оператор визуально находит «зону зарождения» и следит, чтобы траектория движения потоков на тарелке была стабильной. Если рисунок движения смазался или появились комки-«козлы», он немедленно корректирует подачу воды или связующего, не дожидаясь поломки конвейера.

Вода — это клей для рудной пыли. Капиллярные силы стягивают частицы. Чуть перелил — поверхностное натяжение исчезает, и вместо прочных шариков получается грязь и «блины», залипающие на оборудовании. Чуть недолил — вода не смачивает пыль, и окатыши рассыпаются в пыль при первой же перегрузке на конвейере. Идеальная влажность — состояние, когда сжатый в кулаке комок шихты держит форму, как сырая земля, но не пачкает ладонь жидкой грязью. Опытный оператор не доверяет слепо автоматическому влагомеру, который может забиться пылью, а каждые полчаса растирает пробу в руке, тактильно определяя готовность смеси к окомкованию.

Бентонит — это специальная глина, которая разбухает в воде, создавая гелевую прослойку между частицами руды. Эта прослойка придает сырым окатышам прочность, чтобы они не рассыпались при загрузке в печь. Известь (или другие флюсы) нужна для химии процесса в самой печи. Если оператор подаст мало бентонита, окатыши разрушатся еще на конвейере, создав завалы и брак. Если бентонита слишком много, он как цемент закупорит поры в обожженном окатыше, сделает его стекловидным и трудно восстанавливаемым для газа в домне. Это скрытый брак, который аукнется только в доменной печи перерасходом кокса и снижением производительности.

Три главных врага: «козлы» (слипшиеся конгломераты из нескольких гранул), «мелочь» (недосформированные крупицы менее 5 мм) и разноразмерность. «Козлы» говорят о переувлажнении или плохом распределении связующего, они забивают печь и создают неравномерный обжиг. Обилие мелочи — признак сухости или нехватки центров кристаллизации. Оператор видит их визуально на транспортерной ленте. Он также следит за «бубликами» или «грушами» — гранулами неправильной формы, возникающими из-за вибрации и биения тарелки. Заметив тренд к ухудшению формы, он проверяет подачу воды, разбрызгивающие форсунки и вибрацию оборудования.

Главный враг — мелкодисперсная рудная пыль (особенно кварцевая), которая при вдыхании вызывает неизлечимый силикоз, «каменные легкие». Эта пыль висит в воздухе красноватым туманом. Поэтому работа в зоне перегрузок без респиратора запрещена. Вторая опасность — тепловое излучение от печей (если гранулятор встроен в обжиговую линию) и ожоги от горячих окатышей при отборе проб. В-третьих, это вращающиеся части гранулятора и движущиеся конвейеры. Оператор работает в термостойкой спецодежде, защитной каске с щитком, крагах и специальной обуви, а зона обслуживания ограждена и оснащена блокировками.